Этот человек делает своими руками вещи, которые показались бы миниатюрными даже свифтовским лилипутам. Роза, вставленная в отполированный до полной прозрачности волос. Портрет Хемингуэя на срезе зернышка дикой груши. Самый маленький в мире действующий электромотор, рядом с которым муравей кажется динозавром.

Мне довелось побывать в гостях у этого человека редкого дарования, - своеобразного, волевого и работающего – в прямом смысле – между ударами собственного сердца, чтобы движения были точнее.

Мы сидим в его квартире в многоэтажном доме с видом на Днепр. Николай (Мыкола) Сядристый угощает меня и моего коллегу ореховой настойкой собственного производства, рассказывает с мягким украинским акцентом: «А началось всё – ну серьезно! – с приступа зависти. Ну ладно, творческого честолюбия. Однажды где-то прочитал, что индийские и японские мастера в совершенстве владеют техникой письма на рисовых зернах, а армянский «варпет» (мастер) умеет наносить надписи на срез человеческого волоса. Ну, думаю, это еще не предел! Сел за микроскоп и через некоторое время тоже написал на волоске «Миру – мир», но не по длине его, а по ширине!».

Первой свой сделанной на достойном уровне работой Николай Сергеевич считает композицию «В.Андреев». За несколько месяцев с помощью самодельных инструментов он выгравировал на крошечном кружочке стекла портрет композитора Андреева и сделал балалайку в футляре. Все это разместил в половинках разрезанного макового зерна.

Разумеется, и блоху подковал – это уже «классика» после лесковского «Левши». Сядристый признается, что когда-то этой работой гордился, но сегодня она ему не очень нравится: «Во-первых, она сравнительно несложна – всего-то восемь деталей: две золотые подковки и стальные гвоздики. Блоха настоящая – мне ее дали ученые-биологи. Но подкованная блоха – это курьез, не более того. Теперь же я считаю, что микроминиатюра должна быть в первую очередь произведением искусства, несущим эстетический заряд».

В киевской экспозиции работ Сядристого все его микроминиатюры, разумеется, видны лишь через окуляр микроскопа. Я прилип к этим окулярам на весь день. Человеческий волос просверлен по длине и отполирован до прозрачности; внутри – ветка и бутон розы, изготовленные из чешуек краски, снятых специалистами во время реставрации старинной картины. Они были тверды как камень и обрабатывались резцами из алмаза и рубина. Кристаллики краски рассеивают свет, и взору предстают лепестки прямо-таки живого цветка, умытого росой.

А вот – аллегорическое произведение по мотивам произведений Экзюпери. Маленький принц в грустном раздумье на своем астероиде. Рядом по темно-синему небу летит золотой самолет «Латэкоэр». Светлая и грустная композиция, отражающая идеалы французского пилота и писателя. Отрываешься от микроскопа, пытаешься рассмотреть фигурки простым глазом не получается: «рост» Маленького принца меньше миллиметра,

Длина самолета – два миллиметра.

Николай Сядристый некоторые свои работы сопровождает стихами собственного сочинения. Вот, например, текст к самой маленькой в мире книге:

Не книга я,

А мысли сжатой пламень, что долговечнее,

Чем царство

Или камень…

Это – о «Кобзаре» Тараса Шевченко. Страницы этой микро-книги можно перелистывать лишь кончиком заостренного волоса, а сшита она паутинкой.

«Самое сложное – сделать не саму миниатюру, а инструменты для ее изготовления, - рассказывает украинский мастер. – Бывает, работаешь над ними дольше, чем над деталью, создаваемой с их помощью. Все делается, разумеется, под микроскопом. Операции выполняю вручную. Инструменты держу большим и указательным пальцами, как держат за хвостик сорванную ягоду – надежно, но легко, без закрепощения руки. Должны быть очень точные движения, иначе – ошибка. На вооружение взял принцип японских борцов: точное движение – это движение без сомнения. Движения делаю затаив дыхание – иначе сдую свою работу. И – чтобы не промахнуться - между ударами собственного сердца…